1. В соответствии со ст. 437 лицо, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, обладает в процессе правами подозреваемого и обвиняемого (ст. ст. 46 и 47), однако лишь при условии, что его психическое состояние позволяет ему эти права осуществлять. Для решения этого вопроса следователь и суд учитывают заключение судебно-психиатрической экспертизы, а в случаях, когда судом решается вопрос о продлении, изменении или прекращении применения принудительных мер, - медицинское заключение психиатрического стационара, в котором проходит лечение данное лицо (ст. 445).2. Согласно ч. 3 ст. 274, на которую имеется ссылка в ч. 2 ком. статьи, в судебном заседании производится допрос подсудимого, вместо которого в данном случае, очевидно, выступает лицо, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера. Таким образом, закон допускает с учетом мнения эксперта-психиатра допрос лица, в отношении которого поставлен вопрос о применении принудительных мер медицинского характера. Причем дача показаний при этом - его право, так же как у обвиняемого (подсудимого). Однако в силу ч. 2 ст. 74 показания такого лица формально не могут рассматриваться как доказательство по делу, поскольку оно все же не считается ни обвиняемым, ни свидетелем. Представляется, что, если из содержания заключения судебно-психиатрической экспертизы можно сделать вывод, что данное лицо способно осознавать значение своих действий, руководить ими и давать адекватные показания, суд вправе допросить это лицо и учитывать его показания как самостоятельное доказательство (в сущности, по аналогии с показаниями обвиняемого и случаями обязательного проведения экспертизы, указанными в п. 3 ст. 196).